Возвращение. Фотохудожник Владимир Мишуков

Владимир Мишуков

Профессиональный актер театра и кино Владимир Мишуков взял в руки фотокамеру двенадцать лет назад — чтобы снимать родившегося в его семье первенца. Через шесть лет — с началом века — начал заниматься фотографией профессионально. А еще через шесть лет Ольга Свиблова, говоря о новом поколении фотомастеров, напишет: «Очевидным лидером этой новой генерации стал Владимир Мишуков. Фантастическая энергетика, талант, невероятная работоспособность и неиссякаемый интерес к людям и миру вокруг делают каждый новый проект этого мастера событием». Событиями стали и две персональные выставки (одна — в Манеже), и возникшие на их основе великолепные фотоальбомы «Культ семьи» и «Возвращение».

«Возвращение», режиссер Андрей Звягинцев. Фото Владимира Мишукова

Работа на фильмах Звягинцева (сейчас уже на втором — «Изгнание») — одно из многочисленных направлений его творчества и далеко не главное, хотя и весьма успешное. Но все что ни делает Мишуков в фотографии, можно охарактеризовать емким названием фильма — «Возвращение». Это и возвращение от заполнившего все современное визуальное пространство «человека элиты» к «человеку толпы», это и возвращение к изначальным человеческим ценностям, где дом, семья, дети важнее «высших этажей» обитания, звездного окружения, громкого имени и имиджа. Это и возвращение из темного леса постмодернизма, где заблудилось уже не только искусство, но и сама наша жизнь, к лучшему, что предшествовало ему в модернизме, да и далее — в глубь «лучшего».

Но это возвращение на круги своя — уже на новом витке, с новым, быть может, даже еще не осознанным самим художником ощущением мира, я бы даже сказала — миров. Это почти овеществленная, «проявленная» в изображении многомерность нашего бытования в разных измерениях уже приоткрывшего свои таинства мира. Это угадывается в едва уловимых «странностях» его снимков, его «летящих» детях, смазанных движениях. «Продленная экспозиция» для получения эффекта смазанного движения не нова.

информация о женском фонде

Но у Мишукова это «размножение» движения воспринимается иначе. Его энергетика запечатлевает движение сквозь время, где с каждой фазой от единого

пространственно-временного потока «отслаивается» своя реальность, которая словно бы бесконечно множит запечатленные в матрице бытия реальности и миры… Это уже ощущение XXI века.

Иногда кажется, что то, что делает Мишуков, — это нарушение всех и всяческих канонов и законов, — ну просто существование вне — и без них, что уже есть рождение и новых канонов, и новых законов не только видения бытия, но и самого бытия, которое вдруг решило явить, манифестировать скрытые до того истины.

Когда я впервые увидела работы Мишукова, в памяти всплыла фраза Иосифа Бродского о том, что литература — это прежде всего попытка перевода метафизической истины на доступный язык. Думаю, эта формула верна для любого творчества — если оно истинно.

Волей судеб мы начали фотосессию с фотофильма Виктора Домбровского — с его версии «Ивана Грозного» — и заканчиваем фотофильмом Владимира Мишукова «Возвращение», также обретшим самостоятельную судьбу, независимую от первоисточника.

О другом своем проекте — «Культ семьи» — Мишуков написал: «Я стал снимать. Простой свет, близкое расстояние… и после каждого первого кадра повторял, быть может, даже всерьез: «Всё. Мы в вечности».

Сегодня, завершая нашу фотосессию длиною в год, мы, наверное, тоже можем повторить, и тоже, быть может, даже всерьез, эти удивительные слова: «Всё. Мы в вечности».