Изучение российского кино в США. К вопросу о «региональном сырье»

Изучение российского кино в США в большой мере зависит от структуры университетского образования в целом. В университете я могу читать лекцию о Вере Глаголевой, а в рамках другого семинара — о глаголах движения, могу рассказывать о Соловьеве или о Сологубе, об «Интонации» Сокурова и об интонации как совокупности языковых средств. Система не плоха и не хороша. По мне, она и достаточно груба, и при этом весьма практична и полезна. Я описала ситуацию в нашем университете, который считается хорошим с точки зрения исследовательской деятельности, но, безусловно, в этом плане он далеко не единственный.

Если же говорить о российских коллегах, мне кажется, они более тесно интегрированы во внеуниверситетские круги, общаются и с журналистами, и с редакторами, и с представителями творческих профессий. В силу всего этого мне как стороннему наблюдателю кажется, что методы и аналитические подходы, используемые в российской кинокритике, формируются под влиянием более широких контекстов, существующих во внеакадемических интеллектуальных кругах. В отличие от ситуации в России, в США немногие интеллектуалы из внеуниверситетских кругов озабочены тем, чтобы вступать с нами в диалог; может, оно и к лучшему.

Нам поэтому приятно проводить время в кругу своих «соплеменников». Чем дальше (географически) от тебя твой сородич, тем он тебе ближе и дороже. С тех пор как я выучила русский алфавит, прошло сорок пять лет, в течение которых мы вместе переживали период непрерывных культурных метаморфоз. Когда жизнь неотделима от процесса исследования, она не может быть неинтересной.

Позволю себе роскошь привести длинную цитату, которая не дает мне покоя: «Гуманитарии России находятся по отношению к западным за стеклом прозрачным только в одну сторону. Русские ученые прилагают чрезвычайные усилия, чтобы следить за достижениями мировой науки в своей области, западные ученые замечают русских, если их профессиональный интерес касается русских как таковых или регионального сырья. «Региональным сырьем» я называю все, что «водится» на территории России: иконы, литература, язык, музейные коллекции, архивы, курганы, этнографические объекты в виде целых народов, мамонты, шаманы… […] За исключением нескольких харизматических фигур, как М.М.Бахтин или В.Я.Пропп, русских ученых рассматривают скорее как информантов, нежели как коллег. Интересующий западных ученых ресурс может быть нескольких типов»¹.

Почти невыносимая, глубоко оскорбительная цитата. Но кого она оскорбляет? Прежде всего (как подразумевает Нина Брагинская) российских коллег, якобы воспринимаемых нами как «сырье». Кому из западных ученых хватит наглости отрицать этот феномен западного мира? Ведь, в конце концов, немецких философов мы воспринимаем прежде всего как философов, русских же философов мы исторически привыкли воспринимать в первую очередь как русских. Немецкие композиторы — это композиторы; русские композиторы — это русские. (И все же русские писатели — прежде всего писатели; русские режиссеры — это режиссеры, а русские математики — математики; разве я не права?) Брагинская с мучительной, болезненной точностью характеризует эту особенность западной системы научного знания, четко разделяемой на некий «просвещенный центр» и ориенталистскую периферию.

Но это оскорбление и в адрес западных ученых, суть всех исследований которых здесь сводится к ряду циничных транзакций. Разве можно сказать, что мы «потрошили на органы» тех ученых, трудами которых глубоко восхищались? Ответ на этот вопрос можно получить путем вполне традиционного изучения источников: стоит хотя бы взглянуть, упоминаем ли мы в наших работах имена и труды российских авторов? Не буду рассыпаться в оправданиях, наглядное свидетельство и станет верным ответом.

Однако строгое изучение этого вопроса может оказаться интересным и по другой причине: «присяжные заседатели» состоят из читателей журнала, который я сама читаю вот уже сорок лет, — выходит, полжизни самого издания.

Университет Питтсбурга (Пенсильвания)

¹ Брагинская Нина. Мировая безвестность: Ольга Фрейденберг об античном романе. В сб.: «Национальная гуманитарная наука в мировом контексте. Опыт России и Польши». Ред. Ежи Аксер и Ирина Савельева. М., 2010, с. 56—57.