Канн: «Мальчик с велосипедом» братьев Дарденн
Пресса о новом фильме братьев Дарденн «Мальчик с велосипедом»
 |
«Мальчик с велосипедом», как по форме, так и по сути, — самое настоящая голливудская жемчужина в ремесленном и эстетическом смысле слова. Фильм, чья алхимия напоминает социальные сказки, перенесенные в вестерн или фильм-нуар в эпоху расцвета Голливуда, расцвета фильмов серии В, одновременно эпических и политических, высокоморальных, как в отлаженной работе сюжетного механизма, так и в том, что они показывают. Когда братья Дарденн говорят, что этим фильмом хотели сделать что-то вроде «Спасите Вилли», это одновременно и в шутку, и всерьез. Та стрела, которую они направляют из своей позиции «авторов», метит, на самом деле, в популярную культуру в самом классическом смысле слова.
Пожалуй, сегодня в Европе нет режиссеров, которые так виртуозно, как Дарденны, владели бы американским в своей основе искусством «сторителлинга», рассказывания историй.
Отличие братьев-бельгийцев от заморских коллег по ремеслу — в том, что их фильмы не развлекательны, хотя и увлекательны, и не моралистичны, хотя глубоко моральны. Без пафоса и лишней мелодраматичности, добиваясь от артистов немыслимой правдоподобности (помимо привычных Жереми Ренье и Оливье Гурме тут сыграли Сесиль де Франс и потрясающий мальчик-дебютант Тома Доре), Дарденны используют социальную фактуру только как фон — или, в крайнем случае, подручный материал. Интересует их другое: как ни высокопарно это звучит, нравственное перерождение, которое вместе с героями непременно должен пережить зритель.
Можно даже представить себе, что это фильм «Дитя. 10 лет спустя». Но фильм необычно снят, и впервые у Дарденнов действие картины происходит летом. Визуальная сторона их фильмов до сих пор была лишь функциональной и почти лишенной цвета, но в этом фильме преобладают насыщенные, почти кричащие тона, как в интерьерах, так и в природе, где доминирует роскошная летняя зелень. Кроме того, есть фрагменты квази-религиозной классической музыки, которая контрапунктом проходит через действие. Наконец, неизменно светлый настрой Саманты (Сесиль де Франс), напоминающей Мать Терезу, может показаться перебором любителям более депрессивных зрелищ.
Однако Дарденны наследуют неореализму не только в смысле простоты и действенности киноязыка; мальчик на велосипеде в конце концов все-таки выруливает в сторону катарсиса — может быть, даже слишком быстро: всего через полтора часа после начала картины, которую, как мелькание спиц в колесе, хочется смотреть бесконечно долго.
